Заканчивается лето и у меня начинается "синдром 1 сентября") Надо же, со школы прошло больше 20 лет, а для меня это все еще ОСОБЕННЫЙ день. Я не очень любила учиться в течении учебного года, но безумно любила НАЧИНАТЬ учебный год - с новенькими учебниками и тетрадками, любила сам подготовительный период.
В нашей семье была традиция: незадолго до 1 сентября - 30 или 31-ого августа - мы ездили на день рождения к одной нашей родственнице. Я помню ее как "Кока Люда". Помню, как уже в старшем возрасте я спрашивала маму, что это за "кока" такая? Как я запомнила, она была крестной мамы. Когда мама была маленькая, она не могла выговорить "крестная" и говорила "кока") Потом это прозвище осталось, и мы с братом только так ее и звали. Я почти не помню ее лица. Помню что она была высокой и очень сухой и седой. Она была аристократичной, как бы я сейчас сказала. И очень добродушной, я не помню, чтобы она когда-нибудь ругала нас, детей, хоть за что.
Она жила где-то на окраине города, кажется, на "Вторчермете" -
читать дальшеэто был другой край города от нас, и мы всегда добирались очень долго и с пересадками на транспорте или, в последние годы, вызывали такси. Собственно, из-за расстояния мы и ездили к ней всего раз в год.
Сейчас - только сейчас!! - я пытаюсь представить как она жила, особенно последние годы? Совсем одна в маленькой однокомнатной квартирке, на 5 - последнем - этаже, без лифта, на окраине города. Кто ей помогал, ухаживал? У нее всегда было чисто, и накрывался нехитрый праздничный стол, но какой ценой это получалось? Возможно, были еще какие-то родственники, которые ей помогали, мне очень хочется так думать...
А тогда, я училась в школе - в младшей, потом средней, и поездка к Коке Люде означала для меня окончательную точку в лете и преддверие начала учебного года) Мне очень нравилось бывать у Коки Люды, хотя в ее последние годы, когда я была подростком, я из чувства противоречия ездила туда уже "через силу" и дулась на родителей, которые тащили меня хз куда вместо того, чтобы дать еще один вечер покуролесить с друзьями во дворе.
Но мне хочется сохранить в сердце более давние годы, когда я была младше и с удовольствием ездила в гости к кому угодно.
У Коки Люды была маленькая однокомнатная квартирка в типовой пятиэтажной сталинке. По моим воспоминаниям в комнате была кровать, старинная тумбочка, небольшой стол, за которым мы еле помещались, малюсенький балкон. И все было каким-то старинным, как будто из книжек про старину. Выцветшие черно-белые фотографии в рамочках на тумбочке и на стене - в основном уже ушедших людей. Много подушек - одна на другой в порядке уменьшения - и кружевная салфетка поверх них, еще какие-то салфеточки, фарфоровые статуэтки и вазочки. У нее по-особенному пахло - не нафталином и старостью, а чем-то особенным. Как мне сейчас кажется - чуть-чуть пудрой, чуть-чуть духами. И я очень любила ее салаты - они мне казались намного вкуснее, чем у нас дома.
Взрослые сидели за столом, ели, пили, разговаривали, смотрели старые фото, вспоминали. Я лазила по тщательно застеленной кровати, играла подушками и салфетками, и маленькими старинными статуэтками, если мне разрешали. Помню, как-то раз я не то что-то уронила или разбила, или просто расшалилась, меня наругали и не разрешили играть, я сидела в уголке кровати и ужасно обижалась, может быть даже плакала.
Мы гостили несколько часов, в конце обязательно ели торт и фрукты, иногда брали гостинцы с собой. Обязательно вспоминали покойного мужа Коки Люды - Коку Ваню, который был кондитером и пек на семейные праздники удивительные сказочные торты. А потом мы выходили на улицу - в старый двор, заросший тополями и яблонями, в прелый запах переросшей листвы и уже осеннего воздуха. Запах моего детства. Мы шли на остановку трамвая - или троллейбуса? - и обязательно, именно там, покупали мне на 1 сентября букет гладиолусов. Там было то ли дешевле, чем у нас на Пионерском, то ли выбор больше, но я очень хорошо запомнила, что букет мы покупали именно у Коки Люды, и ехали с ним потом через весь город) И я ехала домой, уставшая от впечатлений, глазеющая на заканчивающееся лето, и все мысли уже были о предстоящей школе.
Последний раз мы приезжали к Коке Люде, когда она умерла - кажется, на поминки. Я была уже классе в 7-8м, вся из себя такая "современная, независимая, свободная от предрассудков". Я помню, что мы приехали в чьей-то машине, мама сказала, что там полный дом народа, каких-то дальних родственников, и я не пошла. Я сидела в машине, ждала, когда мои спустятся и мы поедем домой. Сидела и думала о том, что не хочу видеть эту квартирку не в привычном антураже милого старинного гостеприимства, что хочу запомнить ее такой, какой она была каждый конец августа - со старенькой улыбающейся Кокой Людой, с салфетками и фарфоровыми игрушечками. Я до сих пор не знаю - права ли я была, или я просто струсила. Но я слишком хорошо помню этот наш последний приезд туда.
Сейчас снова конец августа. Уже завтра-послезавтра на каждом углу будут продавать эти вечные гладиолусы и астры, а я буду немножко грустить о том, что мне некого повести в школу) И вспоминать Коку Люду, которая так меня любила, всегда баловала, готовила к моему приходу какие-то маленькие подарочки, и невиданного мной никогда Коку Ваню. Пусть земля им будет пухом, помяни их, Господи, во Царствии Твоем.